Издательская программа «Интерроса»

Текстовая версия | Flash-версия

Наши мультфильмы

Лица, кадры, эскизы, герои, воспоминания, интервью, статьи, эссе

Идея Гаранина

В процессе работы я думаю только об одном – о фильме. Это наваждение, от этого избавиться невозможно, и вокруг уже не смотришь.

Для себя я вижу всё очень отчетливо, но для того, чтобы все это поняли, я должна передать композитору свое слышание, художнику свое видение, а дальше – оператору, мультипликатору. Иногда приходится каждый жест показывать. Вот как я, когда делали фильм «Балаган», сто раз ходила и показывала, как ходит Кристобаль, как он говорит. И естественно, профессии художника-постановщика и режиссера находятся в настолько плотном слиянии, настолько переплетаются, настолько проникают друг в друга, что, конечно, художник, не чувствуя драматургии фильма, ничего хорошего сделать не может. А режиссер, не понимая композиции кадра, драматургии цвета, будет слеп и не сможет договориться с художником.

В фильме «Бедная Лиза» была просто серия голов с разными выражениями лиц, которые мы снимали отдельно. А в «Балагане» у нас крупные планы, и лица у кукол были сделаны подвижные, это позволяет делать гиперболизованную мимику. Кукла – вещь сверхострая. Если просто дотянуть ее до обычной человеческой мимики, она будет мертва. А вот если выражение лица будет такое, какое в жизни не увидишь, тогда и будет самое интересное.

Как я понимаю, получился фильм или нет? Тут для меня один критерий – собственное удовлетворение. Я сопоставляю то, как представляла фильм, с тем, что получилось. Чем большего ты хочешь от картины в начале работы, тем больше шансов разочароваться в конце. К сожалению, полностью можешь оценить сделанное только по истечении нескольких лет, к окончанию съемок и сам толком не понимаешь, что же ты, наконец, произвел на свет, только и видишь ворох всяких ужасов. И каждый замечает свои ошибки, режиссер – свои, оператор – свои, мультипликатор – свои. Все охают, никто не может удержаться, просто хор воплей!

В целом, у меня фильмы удавались, а я сделала их немного. Я боюсь, что если снимала бы больше, то где-то недожимала бы.

 

 

Ида Гаранина – довольно редкий случай! – пришла в мультипликацию из игрового кино: училась (получив перед тем актерское театральное образование) на режиссерском факультете ВГИКа у Григория Чухрая. Но сложилось так, что ее дипломной работой стал мультфильм «Паучок Ананси и волшебная палочка». Затем, через несколько лет, Гаранина сделала мультипликационные эпизоды в фильме Сергея Юткевича «Маяковский смеётся», а вскоре после этого сняла «Журавлиные перья» – кукольную ленту, открывшую нам не только новое имя, но и новое направление в анимации. Стиль фильмов Гараниной называли «игровым», подразумевая под этим и непривычное использование крупных планов, и разнообразие операторских приемов работы (постоянным оператором Гараниной был Александр Виханский), и – временами – замену движения самой куклы различными световыми и прочими эффектами, передающими субъективные ощущения персонажа. Так, в следующей за «Журавлиными перьями» картине «Бедная Лиза» (по Карамзину), мы видим не бегущую Лизу, но летящие ей навстречу ветки – словно камера стремительно движется вместе с ней. Или, в другом эпизоде, камера качается вместе с Лизой на качелях. Этот эпизод был вообще одним из самых сложных в фильме: его снимали на натуре, и кукле предстояло, по словам режиссера, «выдержать сближение с натурным фоном, с живой листвой, да еще на крупных планах!» И здесь, наверное, самое время сказать хотя бы несколько слов о художнике обеих названных лент, Нине Виноградовой, обладающей бесценным для объемной анимации даром – чувством материала. Сама Гаранина считает (она писала об этом в статье о Виноградовой), что наиболее интересной была как раз работа над «Бедной Лизой», их вторым совместным фильмом. Здесь надо было не только придумать кукол для крупных планов, психологических портретов главных героев, но и найти способ противопоставить их «бездушной толпе». В конце концов проблема была решена: «бездушную толпу» сыграли актеры, одетые в натуралистические маски – слепки с человеческих лиц, и живыми в этом эпизоде выглядели именно куклы. С тем же художником Гаранина сделала и сложную, неровную, но интересную, включающую в себя, кажется, все виды анимационных технологий картину «Кошка, которая гуляла сама по себе».

Правда, на лучшем фильме Иды Гараниной и одном из самых необычных фильмов мировой объемной мультипликации – речь идет о «Балагане», экранизации нескольких пьес Гарсия Лорки, – работали другие художники-постановщики: Елена Ливанова и Лариса Зеневич (а также скульптор Л. Сошинская), но работали всё с тем же неизменным оператором Виханским.

Фильм отчетливо делится на две части. Первая – грубый фарс, откровенно кукольный и подчеркнуто условный: перед зрителем обнажается изнанка представления, его механизм со всеми веревками и колесиками, с нитками, на которых подвешены куклы и без которых они не могут двигаться. И вторая – лирическая и драматическая. Переход между ними – сцена, в которой фарсовый, балаганный дон Кристобаль, украшенный огромными рогами, падает на пол, отрывает от себя рога, бьется об пол кукольным лицом, словно старается его уничтожить, и встает уже с другим – иначе не скажешь – человеческим. Балаганные подмостки исчезают, и ожившие, освобожденные герои оказываются в некоем волшебном саду, в туманном пространстве с множеством лестниц, по которым и пытается взойти к своей возлюбленной дон Кристобаль, скрывающийся под маской прекрасного юноши. Умирает в этом обличье – и становится собой.

В «Балагане» всё сложилось, всё сошлось: тончайшим образом проработанная цветовая и световая партитура, незабываемая (с первого просмотра – навсегда оставшаяся в памяти) музыка Софьи Губайдулиной, удивительная актерская игра – аниматорами на «Балагане» были Нина Тимофеева, Наталья Дабижа и Лидия Маятникова. И бесконечно жаль, что после него Гаранина работала в анимации так недолго, хотя и сделанного ею более чем достаточно, чтобы навсегда и по праву войти в историю этого вида искусства.

 

Александра Василькова

---

Айнутдинов   Аксенчук   Алдашин   Амальрик   Атаманов   Бардин   В. Брумберг, З. Брумберг   Гаврилко   Гамбург   Гаранина   Горленко   Дабижа   Давыдов   Дегтярёв   Дёжкин   Евтеева   Зябликова   Иванов   Иванов-Вано   Калишер   Караваев   Караев   Качанов   Ковалевская   Котёночкин   Курчевский   Лернер   Максимов   Муат   Назаров   Новогрудская   Норштейн   Носырев   Орлова   Пащенко   Пекарь   Ал.Петров   Ан.Петров   Полковников   Попов   Пророкова   Резников   Серебряков   Снежко-Блоцкая   Соколов   Сокольский   Старевич   Степанцев   Тарасов   Татарский   Угаров   Уфимцев   О. Флоренская, А. Флоренский   Хитрук   Хржановский   Цехановский   Черкасова   Черкасский   Шорина